Однажды Константин Михайлович Хелем, завуч школы №807, взмолился: "Лидочка, возьми восьмые классы. Третий физик от них уходит!" Оказалось, что в новую школу, только что открывшуюся, соседние школы "скинули" всех своих неспокойных учеников. Я согласилась. Более того, взяла классное руководство в самом слабом из трех восьмых классов.

Характеристики

Я стала знакомиться с личными делами "своих" детей. В каждом деле была характеристика, написанная рукой прежнего классного руководителя. Не было ни одной хорошей характеристики. В классе было несколько переростков (видимо, оставались на второй год).

Завуч рассказал, что прежняя классная руководительница почти каждый урок вылетала из класса с возмущением, чуть не плача. И не мудрено! Я узнала, что свои характеристики на детей она зачитывала им вслух!

На одном из классных часов я принесла ведро, поставила его на стол, ссыпала туда все эти характеристики и подожгла…

Потом я предложила начать все с чистого листа. Мы договорились, что все вопросы будем решать вместе. Если будут разногласия, то решение будем принимать голосованием. И мой голос будет таким же, как и у каждого из учеников.

Продленка

Учеба в классе шла очень слабо. Мой день начинался с того, что кто-нибудь из учителей, работающих в 8 "В", с утра жаловался мне или на поведение кого-либо на уроке, или на прогулы. А уж о том, что многие не готовят дома уроки, твердили все учителя.

Как же быть, что же предпринять? А главное – как помочь этим подросткам?

Предлагаю организовать в моем кабинете группу продленного дня для 8-х классов, с тем чтобы делать уроки. Конечно, сомневаюсь, будет ли кто посещать эту группу.

Уж не знаю, что повлияло на них (думаю, любопытство), но довольно большое количество детей стало приходить после уроков в мой кабинет. Мы честно готовили все уроки на следующий день.

Один из мальчиков удрученно объяснял мне: "Что вы хотите? Я с первого класса не учил уроков". Уговариваю его выбрать одно из заданий по алгебре, которое он может сделать сам или с моей помощью, а остальные разрешаю ему списать. Кто-то подумает, что это непедагогично. Возможно. Но даже такое усилие по решению одного задания – уже успех! А в учебе это самое главное.

К тому же я лично убедилась в том, что все уроки выучить невозможно даже за пять часов! Беседую с каждым учителем об ограничении объема домашних заданий. Главное, что мои (теперь мои) ребята учатся достоинству, учатся приходить в класс с поднятой головой.

На доверии

В подростковом возрасте коллектив становится лучшим, чем взрослые, воспитателем. Понимание того, что ты не один, очень многое дает каждому из учеников. Ребята с удовольствием принимали участие во всех мероприятиях школы и занимали не последние места.

В один из дней генеральной уборки школы у меня заболела дочка. Я сказала ребятам, что не могу долго задерживаться. Но они, решив голосованием, отправили меня домой. Всё, что нужно, они сделали аккуратно и в срок.

Вот она – обратная сторона доверия к человеку.

В поте лица

Договариваясь с ребятами о работе, я говорила им, что оцениваю не столько результат, сколько приложенное усердие. А за усердием обязательно бывает удача. Пусть вначале и маленькая.

Конечно, не все было гладко. Да так в жизни и не бывает!

С Эдиком мы учили биологию. Завтра контрольная! Я сама лично проверила у него все ответы на вопросы и приняла пересказ параграфа.

Приходят итоги контрольной. У Эдика опять двойка. "Ну что же такое! Ведь ты все знал!" – огорчаюсь я. А Эдик успокаивает меня: "Учил-то я вчера, а контрольная – сегодня утром. Вот я все и забыл".

В первой четверти я поставила пять двоек по физике. Директор – в шоке. Завуч уговаривает директора, что скоро я все исправлю. А я сразу предупредила детей, что за бездельем следует расплата.

В то время поставить двойку в четверти означало подставиться под удар районовских проверок. И пятнадцатилетние подростки об этом знали. Но я призывала их к честности и открытости – значит, и сама должна была соответствовать призыву.

Не могу сказать, что все стали успевающими в следующих четвертях. Но то, что каждый в поте лица своего трудом добивался оценки, – это правда.

Мы поддержим

В какой-то из дней я узнаю, что Валю не пускает на свои уроки учительница химии. Оба – и ученик, и учитель – были резки и грубы в обращении.

Собравшись узким кругом с приятелями Вали, мы обдумывали, как выйти из положения. Мне удалось убедить его извиниться хотя бы за грубое выражение своего мнения. Я обещала, что он будет не один, мы его поддержим.

А дело в том, что отец Валентина – шишка в районе. Он, папа, считал, что сын прав, и говорил ему, что химичка еще пожалеет о своем поведении. И, правда, на следующий год она в школе уже не работала.

А Валя? Он извинился в нашем присутствии. Ему это далось нелегко. А учительница не простила. Глупо и обидно! Ведь раздражение, злопамятность никогда ни к чему хорошему не приводили. А за Валю я все-таки порадовалась.

…Большинство моих детей закончили школу в 8-м классе, ушли в ПТУ, в техникумы. Я рада, что мне удалось снять с детей гнетущее впечатление от учебы и проводить их с добром в душе по отношению к школе.