Олег Семёнович Газман и команда его единомышленников многие годы были ядром педагогического коллектива лагеря «Орлёнок» – неофициального всесоюзного центра распространения «коммунарства», «методики коллективных творческих дел» (или по названию, более близкому О.С.Газману – «педагогики общей заботы»).

В конце восьмидесятых годов, как раз тогда, когда дело их жизни получало всеобщее признание – Олег Газман и его соратники резко оттолкнулись от него. Они решили, что у «коммунарства» – да и вообще у любой собственно воспитательной, организационно-коллективной практики – есть свои ограничения. Что для формирования «свободоспособности» человека, его ответственности перед собственной судьбой, привычки постепенно становиться самим собой, требуются какие-то принципиально иные ходы.
          Конечно, «помощь ребёнку в его жизненном самоопределении» всегда присутствовала и в школьной жизни: порой на уровне естественных человеческих отношений, иногда на уровне интуитивных и неординарных учительских усилий. Олег Газман и его соратники постарались наметить то, как можно придать такой позиции в школе осознанность и систематичность, предложить рабочий инструментарий и средства анализа ситуаций.

 «Я думаю, что педагогическая поддержка выросла как попытка ответить на вопрос, что делать, если ребёнок свободен, и ты не можешь его «монополизировать» и направлять; но ты можешь его поддержать, подстраховать в его собственных выборах. И в 1989 году была поднята проблема поведения ребёнка в ситуации свободы, которая до того как бы намывалась год от года», – так вспоминает соучастник тех обсуждений минский философ Михаил Гусаковский.
          «Педагогика поддержки» оказалась одновременно обращена и к самым трудным, «слабым», проблемным детям, и к наиболее «сильным». Она начала разворачиваться во всём спектре возможных ситуаций, подбирая для каждого уровня свой ход: от тактик защиты ребёнка, подавленного внешними обстоятельствами – до тактик страховки успешных и стремительно движущихся ребят в их всё более рискованных самоиспытаниях.
         «Позиция поддержки – это восстановление взрослым человеческих отношений с ребёнком. «Послание» поддержки выглядит примерно так: «Мне не надо от тебя больше того, что ты хочешь сам от себя. Но я рад выслушать тебя и помочь тебе самому понять, чего же ты хочешь». Так представляют основной смысл педагогической поддержки те, кто провозгласил её в России.

Наверное, большая часть важных педагогических идей не открывает чего-то небывалого, а обращает пристальное внимание на то, что прежде казалось побочным, фоновым, интуитивно-случайным; вдруг переносит именно сюда смысловой центр, задачи специальных исследований и методических разработок.
         Так и здесь: перед нами деятельность, связанная с помощью ребёнку в его жизненном самоопределении. Понятно, что такая сторона отношений всегда присутствовала в человеческой жизни; но для нас непривычен разговор об этом как об определённой профессиональной позиции, претендующей на общественное признание (и уже получившей подобное признание и распространение во многих странах). Но кроме того перед нами не только некая сторона жизни и некая сфера профессиональной деятельности – но и конкретная российская педагогическая практика, имеющая авторство, личную историю, своеобразные черты и традиции, различные опыты воплощения и интерпретации.

Полезные ссылки: