Сетевые исследовательские лаборатории «Школа для всех» :: Доклад http://setilab2.ru/modules/conference/view.article.php/47/c5 Thu, 10 Sep 2026 22:24:34 +0600 ARTICLE @ XOOPS powered by FeedCreator http://setilab2.ru/modules/conference/images/logo.png Сетевые исследовательские лаборатории «Школа для всех» :: Доклад http://setilab2.ru/modules/conference/ 92 52 Статья в XML ru epimisha at gmail dot com epimisha at gmail dot com Конференции Жмурова Н., Подобед Т. Комментарии после занятия в подготовительной группе. ... http://setilab2.ru/modules/conference/view.article.php/47/c5 Аннотация: Наталья Александровна Жмурова - воспитательница детского сада «Ладушки»,
г. Лыткарино, Московская область
Татьяна Петровна Подобед, методист детского сада «Ладушки»,
г. Лыткарино, Московская область
Размышление 12.
 
Жмурова Наталья Александровна, воспитатель в подготовительной группе:
В группе сейчас девять человек новых детей, из совершенно другой группы. Поэтому главная моя проблема: научить детей слушать и слышать друг друга.
Меня они более-менее слышат. Теперь мы учимся слушать и слышать себя, в больших компаниях и в малых. Вот для чего обратный счёт у нас шёл, когда ребёнок говорил в затылок своему товарищу: чтобы он развивал своё слуховое внимание и «слышал затылочком». У кого-то это получается лучше, у кого-то хуже. И не только услышать, но и задержать в памяти.
Не всех новеньких дети принимают, и мне нужно, чтобы они смогли принять хотя бы в четвёрку, в тройку, в пару того ребёнка, которого большинство детей отвергает.
Есть у меня такой ребёнок, которого большинство детей отвергает, но некоторые девочки его очень любят, и всегда готовы принять в компанию. А ему больше хочется к мальчишкам, и хочется, чтобы его принимали другие дети. А когда дети делятся на компании, то уже получается так, что его не отвергают.
Как мы учимся делиться на компании? Сегодня получилось по временам года. Мы делились на компании и по первой букве своего имени, допустим: Дима-Дарина-Дима-Данила. Можно было, но тогда получалось, что все эти дети довольно-таки сильные, речь у них связная, но характерами сойтись им было бы трудно. Я хотела сегодня попробовать разделиться на три компании с помощью капитана команды, но их было 16, и, чтобы не появился «лишний» (я знаю даже кто), я предложила разделиться так, чтобы группы были равные.
Пересчёт детей. Евгений Евгеньевич приезжал к нам, говорит: «Ребятки, а вы знаете, сколько у вас детей в группе по списку?» Они говорят: «Семнадцать! Пятнадцать!» А он: «У вас что, сегодня все?» Они пересчитались до 16-ти. Я говорю: «А сколько у нас всего детей?» И они замечают: «Кристины сегодня нет - 17-я. Дима Фельдяев заболел - 18-ый. Катя - 19-я». Я ещё так не пробовала, а мне хотелось посмотреть на их реакцию. Пробовали по списку построиться. Пробовали по молодости. И тут хороший диалог идёт, выясняют, кто старше, кто моложе, сверяются с датами рождения на плакате. Это хорошо особенно для детей невысокого роста, которые бывают старше, и тут попадают вперёд.
 
Н.И.Титова:
В группе Татьяны Петровны в прошлом году я видела обсуждение детьми этой ситуации. Один из ребят сказал тогда: «Как же, у меня-то цифра больше! А я, оказывается, меньше». Пособия Евгения Евгеньевича никогда не дают однозначных ответов, вы это знаете. Для того они и созданы, чтобы у детей ответ рождался постепенно, день, месяц, иногда 2-3 года.
 
Русаков Андрей Сергеевич, журналист газеты «Первое сентября», редактор газеты «Детский сад со всех сторон»:
У меня возникли два не очень понятных мне самому наблюдения. Я над чем задумался? Вроде бы те математические озадачивания, которые вы предлагали ребятам, они рассчитаны на определённый этап жизни подготовительной группы - уже хорошей, слаженной, наладившей отношения на разных вещах. А тут в группе половина детей только-только вошедших в коллектив. Может быть, когда подготовительная группа в силу ситуации такая разнородная - нужно меньше двигаться за «математическими» планами, и вернуться несколько назад - больше к игровым, к художественным, да и к спортивным, «прыгательным» вещам, на которых проще налаживать отношения? На математике было заметно, как дети сосредоточенно задумывались прежде всего над предметом работы, - больше, чем над выстраиванием взаимных отношений по этому поводу.
А второе наблюдение такое. Вроде бы ребята пока с гораздо большим интересом сплачиваются большой группой, чем малыми. Малые порой не срабатываются, а когда они все вместе встают в круг, или начинают дружно руками махать - тут возникает какая-то гораздо большая слаженность.
 
Н.А.Жмурова:
Но именно в микрогруппе нужно суметь наладить взаимоотношение. Сейчас у них складывается работа парами, а тройками - уже сложнее, а четвёрками им сейчас совсем сложно работать. Кто-то обычно диктует своё, а кому-то приходится подчиняться. А есть дети такие сложные - ох, как не любят подчиняться. «Я!» - и всё. И всё равно должны трое «надавить», как там они это делают, что говорят? Сегодня Данила: «Эх, деваться некуда, их трое, я один». «Подчиняйся», - говорю. Но согласиться с мнением группы в такой ситуации многие не хотят.
 
Т.В.Тарунтаева:
Действительно, когда они стояли, пересчитывались все вместе, они выглядели более слаженными в своих действиях, в разговорах, во всём. Когда они сидели в компаниях, это не выглядело такой же уверенной «работой в компании». И я согласна с тем, что жизнь в группе хорошо отлаживается, когда они лепят, когда они рисуют, когда вы им даёте коллективную работу, в которой они, например, конструируют и договариваются о последовательности. Работая в компании, они вынуждены договариваться, и можно обратить на это их внимание и на других делах тоже.
 
Н.А.Жмурова:
Действительно, когда надо действовать, делать что-то, двигаться - они более слаженны, и предпочитают не сказать, а показать, подтолкнуть руками.
 
Е.Г.Самсонова:
Но функция слаженности-то меняется.
<…>
Подобед Татьяна Петровна, методист детского сада «Ладушки»:
Я сегодня вошла в занятие Натальи Александровны с тем, чтобы показать вам небольшой кусочек работы в жанре гостевого обмена опытом. Я работаю с другой группой и с другими детьми, но перед этим я два года работала непосредственно под руководством Евгения Евгеньевича, начиная со средней группы, по его новым замыслам по математике.
Начали работу с «поле ищи», и двинулись дальше. Эта группа находится ещё в середине такой работы, поэтому я и вошла в работу с детьми, чтобы показать вам, какие навыки дети приобрели в данной работе. Сейчас этой работой многие воспитатели в Москве заинтересованы, и много возникает вопросов.
Мы смотрели сегодня фрагмент фильма с «моими ребятами» - они учатся сейчас в 5-м классе. Вот наши таблички (которые в то время были только придуманы и ещё не назывались «поле ищи»). Видите, есть второй ряд, с прорезями, куда дети вкладывают цифры второго ряда. Наши таблицы связывались непосредственно с «Аквариумом»: 4 ряда букв, 33 буквы. Сначала мы написали здесь 33 цифры, а потом ребята говорят: «А почему у нас этот ряд не закончен? Давайте его закончим». И мы четвёртый ряд закончили полностью.
Потом, спустя 2 года, когда я снова пришла в старшую группу, Евгений Евгеньевич предложил мне снова вернуться к нашим рядам, к тем таблицам, и начать с ними работу немножко по-другому.
Мы начали с банок, чтобы детям было ясно и понятно ощутить, что такое уровень. Ряд был понятен, и ещё они называли горизонталь и вертикаль, потому что мы это рисовали. А что такое уровень? Мы перешли к работе с банками, переливали, наливали. Дети всегда говорили: «Почему ж у нас воды-то так мало в банке? Почему они не полные?» Налили им полную банку, принесли: «Что можно о ней сказать? Интерес какой-то есть?» «Нет.» «Поэтому банка недолита». Так мы изучали ряды, уровни. И по мере ознакомления с уровнями, мы их ограничивали. И дети пришли к чёткому пониманию, что там, где кончается один уровень - начинается другой.
Вы слышали, когда я обратилась к детям, которые закончили работу: «Что общего между цифрами 14 и 15, между серединами двух разных чисел?». А общее то, что все эти числа подводные, они ниже нашего уровня. Потому что потом, если мы будем брать числа из двух разных рядов и с одного уровня, но числа мы будем брать «надводные», то нам тогда среднее целое число надо будет искать в совершенно другом ряду.
С моими ребятами, которые сейчас в 5 классе, мы по этим таблицам вели очень большую и разнонаправленную работу. Выводили вот такую таблицу, и вели разговор о временах года. О том, где осень кончается, где начинается, высчитывали, сколько в каждом месяце дней. Мы находили, что в осени 91 день, и находили это число - в 10-м ряду, на первом уровне. Потом определяли, сколько дней в последнем месяце осени, где он будет находиться на этой таблице.
Вернусь назад: что самое главное по этим таблицам поняли дети? В первую очередь то, что расстояние между каждым уровнем равно единице. А расстояние между рядами равно десяти. Это дошло у детей до автоматизма, и больше свою память они на это не напрягали. Они знали, что если мы начинаем вести счёт слева направо и сверху вниз, то всегда разница между рядом стоящими в таблице числами либо равна единице, либо равна десяти. А чтоб это лучше понять, в первой нашей работе дети рисовали такие вот мостики. Это помогало осознавать, что разница между 33-мя и 23-мя равна десяти.
 
Е.Г.Самсонова:
А как вы находили, что это десять?
 
Т.П.Подобед:
Договаривались. Мы с ними договаривались: «Какое тут расстояние?» - «Пять». «А можно эту клеточку разделить пополам?» - «Можно».
 
Е.Г.Самсонова:
То есть вы вели их не к количеству, а к названному расстоянию?
 
Т.П.Подобед:
Да. Они сами делили, простым карандашом пополам. Потом Евгений Евгеньевич предложил наклеить спички, чтобы сделать такие мостики. Для чего? Я потом это поняла: чтобы ребёнок ощущал эту маленькую спичинку, он её укладывал, он её прикладывал, это ещё одна, тактильная, память. И она участвовала в его запоминании. И потом дети уже не затрачивали сил, на то, чтобы это расстояние высчитывать.
Про осень.
Мы вели разговоры о времени. И решили дать названия рядам. Долго спорили, как их называть.
Первый ряд получил название «возрастной»: в первом ряду есть числа, которые говорят о возрасте детей. Кому 6, кому 5.
Третий ряд получил название быстрее, чем второй, потому что это ряд «календарный»: в месяце столько дней.
А как мы начали вести работу по нахождению середины числа с одного уровня, и искать её на другом, то второй ряд получил название «серединно-половинный».
Четвёртый ряд - «температурный». Обсуждали, с какой температурой как себя человек может чувствовать.
Пятый ряд у нас был, наверное, безымянным. А шестой ряд получил название «временной»: мы очень много разговаривали о времени, я рисовала круг, мы обозначали на нём четыре части суток, и обсуждали, когда мы встаём, когда ложимся, разными карандашами сутки делили. Потом вспомнили, что по телевизору они видели, как перед программой новостей появляются часы, а вверху маленькое окошечко, и в нём цифры меняются: 55, 56, 57, 58, 59… «А потом что?» - «А потом два ноля». «А почему два ноля?» Эти два ноля ввели их очень здорово в тупик, и долго мы это обсуждали. А потом кто-то из детей догадался, что секунды-то уже кончились, и начались секунды новой минуты! Признали это. Очень много работали с песочными часами.
Такая была у нас жизнь: мы очень много наблюдали, и пытались идти по этому полю и считать всё на свете. Это действительно получилось «поле жизни», и оно давало нам возможность живого, делового разговора о той или иной проблеме, которую, незаметно для них, решали мы сами.
Потом я спросила у ребят: «Ребята, а как можно ещё по этому полю ходить? Можете вы тут ходить сверху вниз и слева направо?» И когда Евгений Евгеньевич показал нам это (обновлённое?) поле, то стало видно. И мы стали ходить по этому полю по левой и по правой руке: скрещивали руки, и говорили, от какого числа по какой руке и в каком направлении мы движемся. И в конце концов дети пришли к тому, что чётко усвоили, что: если ходить по нашему полю от любого числа в любом направлении по левой руке - всегда будем делать 9 шагов; если ходить по этому полю по правой руке вверх или вниз - то всегда мы будем делать 11 шагов. Они загадывали загадки другим компаниям, мы писали эти шаги и интервалы (мы уже знали слово интервал и легко употребляли его в речи).
Возник вопрос: «Как же нам это записать?». Мы сначала писали слоговыми значками: «от 55 до 35…» Но знак «равняется» мы не знали. И тогда с Евгением Евгеньевичем мы придумали «знак равенства»: обыкновенная наша строка с точками посередине, и стрелочка, которая указывает, к чему всё это приводит. А потом Евгений Евгеньевич говорит: «Ребята, как же придумать, чтоб «от» и «до» не писать?» Тогда ребята взяли круг и стали его делить на то количество частей, сколько интервалов мы сделали: от 55 круг они разделили пополам; от 50 до 06 у них 4 раза по 11 - они круг разделили на 4 и вверху написали: «11».
Евгений Евгеньевич как-то раз приехал к нам и увидел, что ребята с большим удовольствием играют в ребусы, слоговые ребусы, где нужно буквы убирать, подставлять… Он мне и говорит: «Татьяна, если наши интервалы, которые мы используем в работе с детьми - интервал в 5, 11, 9 - нам сделать в виде таблицы? Как назовут такие листы наши дети?» Они сказали: «Татьяна Петровна, это ребусы. Только не буквенные, а числовые». И мы стали играть в эти «ребусы», загадывать друг дружке загадки. И дети чётко определяли, что мы здесь «спрятали». Вот от 60-ти если сделать два раза интервал по 5 - то мы придём к 50-ти. Даже в одной клеточке они всегда знают, какое число больше, какое меньше.
 
Л.Ф.Нагорная:
Эта вся необыкновенная работа детей, она доступна каждому ребёнку по его возможностям?
 
Т.П.Подобед:
Учитывая опыт детей, с которыми я работаю, хочу сказать, что эта таблица достаточно легка и свободна в работе с детьми. И значительно более легка для детей, чем более привычная «Улица домов для чисел». В «домах» слишком много разных цифр - и чётные, и нечётные, и 11, и 22 - путаница и пестрота, в которой очень много признаков. А по таблице работали даже дети, не занимавшиеся до этого с нами. Тут всё перед глазами, и вполне доступно детям и легко.
 

]]> Egor Wed, 23 May 2007 21:51:13 +0600