Во время первой встречи Евгений Евгеньевич предложил мне, начинающему логопеду, показать речевое занятие для слушателей семинара по созданной им методике сотрудничества.

Помню, как я старалась оправдать его доверие. Евгений Евгеньевич, будучи человеком глубоко интеллигентным, поблагодарил меня. Я была удовлетворена оценкой, наши мнения совпали.

Только через несколько лет своей работы отчётливо поняла - это была, с его стороны, по большей части поддержка молодому специалисту. На эту мысль меня навела такая ситуация. В свой следующий приезд Евгений Евгеньевич зашёл в группу как старый добрый знакомый. Дети окружили его. Он как-то быстро вошёл с ними в контакт. Завязалась общая беседа. Меня поразило, как он необыкновенно точно подбирал путь к сердцу каждого ребёнка. Робкие, застенчивые потянулись к нему, потому что он поймал их взгляды - ожидающие, жаждущие общения, и сделал первый шаг к общению. Сделал это так, что невозможно было отказаться. Он показал на ярком примере одну истину: как сложно приходится ребёнку, когда он живёт в атмосфере постоянных запретов. Надо просто любить и уважать достоинства каждого ребёнка - его чувства, желания, и успех педагогу будет гарантирован.

 

Помню, как он развернул рабочие столы в групповой, поставив так, чтобы дети имели возможности общения друг с другом. Потом подошёл к одной из стен и сказал: «Какая роскошная стена!» Я с удивлением посмотрела. «Стена, как стена, ничего достопримечательного». А он продолжал: «Вот бы на эту стену сверху донизу повесить рулоны бумаги» (в настоящее время мы заменили их маркерными досками). «Пусть дети свободно подходят и рисуют, когда возникнет желание. Хорошо, если выберут партнёра по общению: общий замысел, общие темы, общий разговор».

 

Эпиграфом к своей книге «Речевая радуга» я выбрала слова Евгения Евгеньевича: «Чтобы детям стало интересно, сам педагог должен быть готов вместе со всеми смеяться, огорчаться, ошибаться и исправляться. Только при равноправии возникает союз».

В собственной практике создания системы музыкально-театрализованных представлений мы широко используем эмоциональную, духовную, а затем уже литературно-музыкальную
отзывчивость детей. В этом отличие нашей системы от стереотипов проведения театрализованных представлений, бытующих в детских садах. Их эффективность значительно снижена навязыванием ребёнку ролей, запланированных взрослыми.

 

Удивительная интеллигентность, доброта, уважение личности ребёнка отличали взаимоотношения Евгения Евгеньевича с детьми. Он никогда не был над ними, или просто рядом с ними, он всегда был вместе с ними. Я читала реферат студентки 5 курса Ростовского государственного университета, в нем увидела запись со ссылкой на Е.Е. Шулешко: «Чтобы дать детям возможность выразить себя, необходимо вывести их из состояния разобщенности. Ребёнок должен сделать собственный выбор того, с кем быть и с кем не быть. В противном случае поведение его будет обязательным, официальным, нежелательным».

 

Всё так просто и понятно. Много лет прошло. Пусть же постоянно возникают в нашей газете страницы памяти о Е.Е. Шулешко, который всей своей жизнью пытался изменить сложившуюся декларативную практику, мешающую детям нормально жить и развиваться.

Память о Евгении Евгеньевче будет жить в сердцах тех педагогов, которые по желанию сердца выбрали путь нормальной жизни с детьми. Так же, как в своё время это сделал он сам.